Знание во имя сопереживания

---

Газета «Пламя труда» начинает цикл публикаций к памятной дате (15 февраля 2019 год)  СУДЬБА: по её «прихоти» именно эти мужчины – «афганцы», словно обреченные на тяжкие испытания, оказались в то время, в том месте, в той ситуации… Выстояли. ...

Газета «Пламя труда» начинает цикл публикаций к памятной дате (15 февраля 2019 год)

 СУДЬБА: по её «прихоти» именно эти мужчины – «афганцы», словно обреченные на тяжкие испытания, оказались в то время, в том месте, в той ситуации… Выстояли. Выдержали. Вернулись (а сколько погибло!). И живут — с военными воспоминаниями. Но они не одни: о пережитом ими в Афгане знают и те, кто там  не бывал, но по чуткости сердечной и человеческому неравнодушию, представляют, как им было трудно, и, наверное, страшно…

ЗАЧЕМ «афганцы» всё наполняют и наполняют музейные полки своего штаба в Дятькове (он в городском сквере Мужества) новыми экспонатами? Им-то самим эти вещи, книги, предметы, фотоснимки не в диковинку – каждому знакомо «до печёнок», реально испытано на себе. Лично им напоминания не нужны: они и так внутри с ними  всегда. Не оторвешь — так сильно приросли.

ХОТЯТ, чтобы знали другие, не воевавшие? И чтоб мы прониклись пониманием того, что же такое 9-летняя война в ДРА? Что значат  подвиги и мужество молодежи того поколения? Очень тревожная страница военной летописи нашего государства, не пролистаешь её походя, взгляд не отведешь. Это надо знать! Спросят: «А зачем?»

ЗНАТЬ нужно во имя сострадания. А сострадание всегда очищение: это — высота нашей отзывчивости и глубина сопереживания. Парни воевали там, выполняя приказы. И умирали, безумно желая жить… Вернулись из Афгана израненными, обожженными телом и душой. Как же не знать о них? Поэтому, когда в штаб приходит молодежь, важно донести до ребят смысл боевой службы и воинского долга.

НЕДАВНО тут побывали подростки-кадеты, почти все мальчишки. В парадной форме. Им генетически близка героическая тема. И они слушали. Задавали вопросы. Рассматривали экспонаты.

-Представьте, изнурённо поднимаются ребята в горы с полной боевой выкладкой, как поется в одной афганской песне – «На три боекомплекта всего лишь два плеча…», — говорю я им. – Чем выше, тем тяжелее дышать, не хватает кислорода. Одолевали высоты в две, две с половиной тысячи метров. Даже в три! С непривычки слабость. Головокружение. Одышка. Повышенное сердцебиение. А им в таких условиях еще и воевать… Рейды – смертельно опасные.

-Да, экипировка по полной программе, — вступает в разговор майор (в отставке) Олег Большунов. – Автомат и гранаты. Миномёт. Надо боеприпасов взять побольше? Надо! Сухпаёк на несколько дней, фляжки с водой. Бушлат обязательно, ведь в горах очень холодно. Вещмешки порой рвались от такой тяжести, приходилось ребятам один мешок вставлять в другой. И замечу — никаких альпинистских спецснаряжений у бойцов не было. Только их цепкие и ловкие руки-ноги, раздираемые в кровь, да упрямая сила воли. Кто из вас восходил хотя бы на невысокую вершину?

Две-три руки. А группа-то кадетов большая. Кто поднимался,  соглашаются: «Трудно даже без груза!».

-А спускаться еще тяжелее, особенно если парни раненых несут: сила  тяжести толкает их вниз,- продолжает О. Большунов.

ЗАШЕЛ разговор о законах физики. Действительно, почему с увеличением высоты и удалением от земной поверхности наступает кислородное голодание? Потому что падает плотность воздуха, его давление, он становится более разряженным. Ощущается нехватка гемоглобина в крови, кислороду все труднее в неё попасть. Человек может даже сознание терять. Куда уж тут воевать? Но, выполняя приказы, ребята-«афганцы» вступали в бои, иногда очень жестокие.

СОТНИ раз уцелевших в огне воинов снимали со скал поистине боги той войны – вертолётчики. Я показала кадетам книгу боевого генерала Виктора Куценко «Военный романс», подаренную дятьковским «бача» крымскими «братишками» в сентябре этого года. Он автор не только замечательных стихов и взволнованных «афганских» песен под гитару, но и отличный художник (карандаш, тушь, масло). Вот названия его картин: «Я, солдат, еще живой!» — парень, совсем один на каменной  круче, выжил, машет рукой неожиданно появившимся вертушкам; «Вертолё-ё-ёт!» — группа десантников на острой вершине радостно приветствует винтокрылую машину; «Оседлать перевал» — на крохотном пятачке высокогорья умудрился как-то «ювелирно присесть» МИ-24, чтобы высадить разведчиков.

БОЛЕЕ 80 боевых вылетов на счету вертолётчика-«афганца» Виктора Варламова. Он рассказал ребятам, как важно было спасать бойцов в критических ситуациях, вовремя доставлять грузы. Но вертолеты тоже погибали: душманы сбили свыше 330 боевых машин из состава ВВС лишь одной 40-й Армии. Виктор Иванович Варламов (человек редкой скромности) ранее руководил районной организацией ветеранов войны в ДРА, сейчас в числе активистов.

КСТАТИ, о гибели вертолётов: есть у В.Куценко картина «ДШК»: засел среди скал душман и бьет из крупнокалиберного пулемета по нашим вертушкам. Одна уже взорвалась и, горящая, разваливается в небе. Вторая «пикирует» на вражеское гнездо. Я сказала детям: Александр Васин (возглавляет районную организацию «афганцев», награжден орденом Красной Звезды, медалью «За отвагу») вспоминал, как во время семидневной операции в Пачехаке (а всего их сорок на счету А.Васина) они взяли богатый трофей – 50 ДШК. «20 из них — с боем», — заметил он тогда. И это уточнение было очень важным, существенным. Помните, в кинофильме «В бой идут одни старики» истребитель Скворцов после воздушного боя на вопрос своего техника-механика, одну или две победных звездочки рисовать на фюзеляже самолета, ответил с усмешкой: «Две-е… Тут одного мессера пока завалишь – запаришься». Так и с ДШК – взять 20 пулеметов с боем — героизм! Один-единственный ДШК в руках врага столько бед натворить мог…

ХРАНИТЕЛЬ музея Виктор Землянко много лет работал старшим воспитателем в кадетском авиакорпусе, держал дисциплину, умел заинтересовать подростков. Вот и теперь дети обступили его. Слушали. Спрашивали. Вникали. В тот день они узнали, чем оборонительная граната отличается от наступательной и как их надо приводить в боевое состояние; «укладывали» на плечо РПГ и прицеливались – «афганцы» по простому звали этот (одноразового пользования) ручной противотанковый гранатомёт — «Муха». Много интересного услышали кадеты. Что-то им обязательно запомнится.

Татьяна БОГДАНОВА

Фото автора: слева- вертолетчик Виктор Варламов, справа — майор Олег Большунов